Сайт журналиста Владимира Шака

Расстрелянная на берегу моря детская колония




Этот памятник - в виде православного креста в каменной ограде, бросается в глаза сразу – на подъезде к Азовскому морю в районе села Преслав, что в Приморском районе. Как раз там, где горячая приазовская степь подбегает - вслед за полуспящей, почти бездвижной рекой Обиточной, к самому морю.

Осенью там почти всегда тихо. Тишину только иногда крик чаек нарушает, да спешащая на берег моря машина – с рыбаками, с заезжими туристами, решившими выяснить, где Обиточная, которую знают все, кто бывал в городе Приморске – она город пересекает, впадает в море.

 

Дифколония и ее воспитанники

Устье реки как раз и находится в полутора километрах от Преслава, основанного болгарами – на месте бывшего ногайского аула, в далеком 1861 году и получившего имя в честь древней столицы Болгарии – первого Болгарского царства. А во второй половине тридцатых годов минувшего столетия возле Преслава – почти у моря, открылся психоневрологический интернат. Это он сейчас, спустя восемьдесят с лишним лет, так называется. А раньше на берегу моря была Преславская дифколония. С самым трагическим днем в ее истории и связано появление памятника в виде креста, возле которого однажды задержались мы – журналисты из Запорожья.

У основания креста я прочитал надпись:

«На этом месте в октябре 1941 года немецко-фашистскими захватчиками были расстреляны и захоронены воспитанники Преславской дифколонии, а также мирные жители близлежащих деревень».

Честно говоря, с первого раза я не понял, о ком конкретно идет речь:  слово «дифколония» мне вообще ничего не говорило. Пришлось разбираться. И, благодаря разным источникам, включая многознающую «Энциклопедию Бердянска» [раздел «Память и памятники»], я кое-что выяснил и разобрался, что дифколония – это колония для нездоровых детей, для инвалидов, то есть. Точнее ее называть бы следовало, насколько я понимаю, дефколонией – дефективной, то есть, но мне и это слово режет слух. Поэтому я буду использовать слова «детская колония» - без уточнения ее качества.

Дети не бывают дефективными. Дефективными бывают взрослые.

***

В сборнике документов и материалов, изданных в 1991 году на русском языке институтом Яд-Вашем, который занимается изучением истории Холокоста, приводится шокирующее донесение Приморского райотдела НКВД Запорожской области Генеральному комиссару госбезопасности СССР об уничтожении еврейских детей в Преславской колонии нацистами и их пособниками.

Это произошло 30 октября 1941 года.

В тот осенний день 47 еврейских детей собрали в столовой колонии, а затем группами по пять-шесть человек, согласно составленному списку, выводили к яме для закладки на зиму овощей, находившейся в 40 метрах от столовой, и… заставляли прыгать вниз. Тех, кто сопротивлялся, били прикладом и силой бросали в яму. Все еврейские дети были расстреляны в яме четырьмя гестаповцами.  Затем были расстреляны 25 нееврейских больных детей. Дети кричали, плакали, молили о помощи, но гестаповцы никого к ним не подпускали.

По данным же Запорожского областного архива, 30 октября 1941 года на берегу моря были уничтожены немцами – расстреляны и погребены заживо, 156 человек: воспитанники интерната, обслуживающий персонал и так называемые неблагонадежные - местные жители, на которых немцам указали  свои.  

До 2006 года на этом информация о расстрелянной на берегу моря колонии заканчивалась. Место расстрела и, соответственно, место погребения погибших оставалось неизвестным. Установить его удалось членам бердянского военно-поискового отрада «Полигон» спустя 65 лет после трагедии.

 

Поиски расстрелянных

Поисковые работы продолжались с ноября 2006 года по февраль 2007 года. Несмотря на то, что члены «Полигона» знали, что захоронение должно быть на территории нынешнего психоневрологического интерната – а он почти у самого моря находится, точное его место определить долго не удавалось. Главным образом потому, что очевидцы тех страшных событий - а в двухтысячных годах они пребывали  в преклонном возрасте, не могли сориентироваться на местности: существенно изменился приморский ландшафт.  

Место захоронения расстрелянных указал житель Преслава Евгений Марков. Хотя в 1941 году ему было всего шесть лет, он на всю жизнь запомнил день расстрела детей из колонии, куда до войны с немцами привозили, как рассказывали, детей из всех уголков бывшего Советского Союза. Причем в колонии были созданы условии не только для лечения, но и для труда инвалидов: действовали артели по производству товаров народного потребления.

Немцы сочли содержание детей-инвалидов обузой для себя. По рассказам очевидцев, старших детей фашисты заставили самих готовить для себя могилу. А метрах в двухстах от нее расстрелу подверглись и сотрудники колонии. По документам удалось установить, что самому младшему из казненных было… девять месяцев. Это была дочь одной из воспитательниц, а старшему - 33 года. Говорят, что земля на месте захоронения шевелилась еще несколько дней. По словам очевидцев, на смерть своих подопечных вела лично директор колонии.

Ее, женщину-смерть, кстати, не расстреляли.   

Обнаружив места двух захоронений, поисковики полностью вскрытие братских могил не делали - эксгyмацию  производить было нецелесообразно: списки расстрелянных имеются ведь в архиве, включая и архив института Яд-Вашем, о котором я упоминал.

Сначала на обоих захоронениях были установлены временные ограждения и кресты с табличками. После утверждения проектов, там соорудили памятник. Полированный бетонный крест изготовил для братской могилы бердянский предприниматель Юрий Сорочинский.



Создан 09 окт 2019