Сайт журналиста Владимира Шака

Пара лебедей на пруду воспитывает шестерых птенцов




Пруд этот находится в селе Таврическом, что в Ореховском районе [это трасса на Мариуполь]. Пруд там просторный, места для любой живности хватает.
Обычно на нем хозяйничают дикие утки – крохотные, что голуби, да чайки. А нынче на пруду миговцы увидели лебедей. Вероятно, эта та самая пара, которая минувшим летом вывела в Таврическом семерых лебедят. 
Только сейчас у них шестеро деток, еще не имеющих присущей лебедям белой расцветки.
Пара эта очень осторожная – из собственного опыта знает, что самое опасное явление на свете – это человек. Именно он, человек разумный, как он сам себя, гад, называет, в минувшем году – в сентябре, поджег удовольствия ради берег пруда в Таврическом, лишив тем самым лебедей не только родного гнезда, но и кормовой базы: лебеди вегетарианцы, в пищу используют исключительно корневища растений. А растения те в одном месте пруда в том сентябре выгорели до уреза воды.
Однако родину не выбирают – лебеди простили людям их подлость и нынче вновь вернулись в Таврическое.
Только еще более осторожными стали. Завидев нас, например, лебедь папаша чуть отстал от своего семейства: решил последить за нами и отвлечь нас, если что. Или даже напасть, если бы возникла угроза для жизни его деток. Лебеди только с виду добродушные – в случае опасности они действуют быстро и решительно: бьют врага мощными крыльями.
Заметив же, что мы медленно идем по берегу, не проявляя агрессии, лебедь неспешно – опасности ж видимой нет, подплыл к стайке птенцов, которые все это время оставались возле матери, и, возглавив махонькую птичью эскадру, по прежнему неспешно, по-адмиральски гордо, я бы сказал, повел ее по глади пруда к дальнему берегу – туда, где год назад полыхал огонь пожара и где нынешним летом трава затянула пепелище.
При этом малыши – все шестеро, выстроились… в кильватерную колонну – один за другим следовали за отцом. 
«Гуськом пошли», - прокомментировал мой коллега, с чем я не согласился: они ж не гуси, хотя и состоят с ними в родстве. А лебедком [вместо гуськом] у нас говорить не принято. Так и возникла у меня, бывшего моряка, ассоциация с крохотной кильватерной колонной. Такой колонной - один за другим, корабли в поход уходят из порта.
Я непроизвольно помахал лебедям рукой, как машут уходящим в море кораблями, и мысленно пожелал им удачи. Она им, как я понимал, очень понадобится в жизни.
Фото Сергея ТОМКО
*
В тему
Одно из первых литературных упоминаний о лебеде можно встретить в русской летописи, которая известна многим как «Повесть временных лет»:
«І були три брати: один на ймення Кий, а другий - Щек, а третій - Хорив, і сестра їхня – Либідь». 
Получается, что красивое слово «лыбедь» известно было в Киевской Руси, по крайней мере, с двенадцатого века - именно ведь двенадцатым веком датируется «Повесть временных лет» летописца Нестора [если кто не в курсе – его мощи ныне пребывают в Ближних пещерах Киево-Печерской лавры]. 
Оказывается, это слово восходит к еще более древнему слову - праславянскому «елбедь», которое произошло от латинского albus, что означает… «белый».
И что в связи с этим мы имеем в итоге? А вот что: у братьев-основателей Киева сестра была не птицей, а…белокурой девушкой.

 



Создан 25 авг 2018