Сайт журналиста Владимира Шака

Почему заплакал столетний сельчанин, когда я попросил его поделиться секретом долголетия?




Дело не только в том, что с возрастом люди становятся более чувственными. Или чувствительными - буквально к каждому слову.

Еще, как я предположил, у Петра Лаврентьевича Лазько, проживающего в запорожской сельской глубинке и отметившего в конце сентября 2006 года свой сотый день рождения, слезы на глаза навернулись от… жалости.

Не подумайте чего неверного - не к себе!

За долгую, полную потрясений жизнь, вместившую и лишенное родительской любви детство [без матери Петр Лаврентьевич остался в два года, отца навсегда забрала империалистическая война. А мачеха, когда однажды кроха Петя заболел, подойдя к его кровати, бросила в сердцах: чего его лечить? И так помрет!], и полуголодную, а часто и голодную юность, и четыре года Отечественной войны, за которую минометчик Лазько имеет четыре ордена и 15 медалей и с которой он вернулся с тяжелым ранением, и многие-многие годы тяжелого труда.

- Как только стал на ноги, - вспоминает он, - сразу в степь пошел. И работал в ней, сколько мог - пахал, сеял... Все делал!

Слушая собеседника, мне подумалось, что жалость Петра Лаврентьевича больше  все таки адресована мне.

И всем нам, если хотите!

За что жалеет он нас?

Да за жизнь нашу убогую. Не за ту, которую мы сами создаем - в своей семье, в своем доме - тут ветерану и позавидовать можно: на столетний юбилей к нему ведь сколько родственников собралось? А вот сколько: дочь Дарья, сын Иван, четыре внука, пять правнуков и праправнук Данилко! Да и с супругой Марией Касьяновной жизнь у Петра Лаврентьевича ладно шла - 76(!) лет вместе были.

Но если бы еще государство наше бестолковое нам всем, а в первую очередь - старикам нашим, на треть больше внимания уделяло, на четвертушку, наконец, - наверное, мы не чувствовали бы себя так остро лишними в этом мире.

- У вас какой стаж, Дарья Петровна? - поинтересовался я у дочери старого солдата.

- Сорок один год! С железной дороги на пенсию ушла - из бригады, ремонтировавшей пути.

- Да у дедушки, видимо, лет шестьдесят наберется, да?

- Официально всего пятнадцать засчитали, а на самом деле - конечно, более шестидесяти будет!

- И за сто с лишним лет работы вам на двоих какая пенсия положена, если не секрет?

- А чего тут секретного? Такая же, как и тем, кто бездельничал. Ну, отцу – несколько больше, чем мне, но не намного.

В общей сложности получилось - если перевести сумму в универсальную валюту, 220 долларов США.

Я прикинул в уме, сколько из этого «добра» причитается за каждый год почти каторжного труда в степи и на железной дороге, и почувствовал, что говорить больше не могу - комок к горлу подступает...

2006

 



Создан 24 июн 2017