Сайт журналиста Владимира Шака

Весна на Чонгаре




Что в начале апреля 2017 года журналисты из Запорожья увидели в крайнем – по пути в Крым, населенном пункте материковой Украины

 

Между прочим, именем полуострова Чонгар названо не только село в Геническом районе Херсонской области. «Чонгар» – это еще и пункт пропуска, который контролируют бойцы отдела пограничной службы «Чонгар» Бердянского погранотряда.

Еще совсем недавно жизнь в Чонгаре кипела: через село ведь шумная трасса Харьков-Симферополь проходит, по которой нескончаемым потоком двигался автотранспорт. А с другой стороны села мчались по своим железнодорожным делам поезда: грузовые, пассажирские.

Потом, после оккупации Крыма рашистскими войсками, движение поездов через Чонгар было остановлено – опустела железная дорога. А осенью 2015 года – с началом гражданской блокады Крыма, исчез с трассы и автомобильный транспорт.

Почти исчез. По крайней мере, фуры, которыми была забита дорога на Крым, вообще не встречаются. Бусики, легковушки, редкие автобусы, – пожалуй, все.

Вот туда – на краешек материковой Украины, в день большого христианского праздника Благовещения и отправились журналисты запорожской газеты "МИГ" за… впечатлениями.

 

Дорога туда

Кому часто доводится ездить по трассе Харьков-Симферополь, подтвердит, что транспорта на ней стало значительно меньше. При этом, если до Мелитополя движение достаточно оживленное, но не интенсивное, как было раньше, то после Медового города машин становится меньше и меньше. А, начиная от поворота на Кирилловку, они почти исчезают. Можно несколько минут стоять на обочине и никто мимо тебя не промчится. Опустела трасса, которую еще несколько лет назад с трудом можно было перебежать – настолько много на ней было машин.

Последствия рашистской оккупации Украины, однако.

Некоторое оживление на трассе начинается там, где в нее вливается транспортный поток из Геническа. Это район Новоалексеевки.

В самой Новоалексеевке находится пост дорожной полиции. Я его помню с марта 2014 года. Тогда это была крайняя – перед Крымом, точка, на которой несли службу стражи порядка. Дальше – в Сальково, находились только десантники из Николаева. В начала марта 2014 года они были единственной силой, реально противостоявшей рашистской агрессии. Потом впереди них службу на трассе начали нести пограничники. А еще через полтора года трассу взяла под контроль и общественность: крымские татары, представители ГК «Азов» и Правого сектора.

Десантники из Сальково давно ушли – из Генического района их, знаю, перебросили на фронт, где они вели тяжелые бои с оккупантами. Однако оборудованный ими блокпост не только сберегся – на нем по-прежнему несут службу бойцы ВСУ.

Транспорт они не досматривают. Их задача, насколько я понял, заключается в другом: в Сальково ВСУ демонстрирует... свое присутствие.

Силовое. Силу всегда уважают. И с ней считаются.

 

Батальон «Крым»

От Сальково до Чонгара километров около двадцати. Причем километраж в  начале весны 2014 года был обозначен на… трансформаторной будке за Сальково. «Через 18 км - русские оккупанты», - гласила издалека видимая надпись на ней. Со стороны Крыма тоже надпись имелась: «Украина, вставай». По сути, эта скромная придорожная трансформаторная будка была символом сопротивления украинцев, поднявшихся против  рашистской оккупации.

Так я оценивал.

За несколько дней до нашей поездки в Чонгар будка исчезла. Ее ликвидировали вместе с фундаментом. Настолько она, понял я, кому-то мозолила глаза.

Кто ликвидировал? Вероятно, те, кто кабель, пробегавший в том месте под землей, изъял, оставив после себя траншею с еще не осыпавшейся землей.

«Ползучая оккупация», - сделал я пометку об увиденном в своем блокноте.

И вот, наконец, Чонгар, в котором почти ничего не изменилось с начала блокады Крыма. Та же полупустая дорога, тот же не работающий рынок с надписями: «икра», «рыба», «люба». В сочетании с икрой и рыбой люба звучит забавно [когда-то, надо полагать, было "любая"].

Осенью 2015 года сразу за рынком находился штаб блокады полуострова. Сейчас там - база формирующегося крымскотатарского батальона «Крым» с грозным баннером. В центре его изображен щит с тамгой, из под которого выглядывают  лук, стрелы и копья. И надпись по-крымскотатарски: «Умру за Родину».

Так ее перевел вышедший нам навстречу один из представителей батальона – по шеврону на рукаве мы поняли, представившийся… Хорошим человеком. Так его имя с арабского переводится.

У Хорошего человека в Крыму родители живут, поэтому он категорически отказался фотографироваться и был весьма скуп на слова.

Тем не менее, от него мы узнали следующее: крымские татары – те, которые проживают с этой стороны админграницы с Крымом, настроены весьма решительно. Мол, хоть завтра в бой – Родину освобождать от оккупантов. Правда, батальон «Крым» все еще не зарегистрирован официально, что, конечно же, плохо.

- Хотя наши аскеры, - отметил Хороший человек, - уже сегодня службу несут вместе с украинскими  пограничниками.

Аскеры – это члены крымскотатарской общественной организации «Аскер» [возникший в Чонгаре в середине февраля конфликт между бойцами ВСУ и крымскими татарами помните? «Аскер» в нем себя считает пострадавшей стороной].

 

Правый сектор

Через дорогу от базы крымскотатарского сопротивления [назовем так формирующийся батальон «Крым»] расположился лагерем Правый сектор.

Подойдя к забору, стучим в металлическую калитку и кричим:

- Есть кто живой?

К калитке подходят сразу несколько человек. Тот, кто оказался к нам ближе, - с небольшим ножом на поясе. Все одеты «по гражданке».

- Вы точно Правый сектор? – спрашиваю на всякий случай.

- Ну, да, - смеются хлопцы.

Хозяин ножа представился Дмитрием. Он – киевлянин, спортсмен. В Правом секторе – не новичок. Неделю назад вернулся с фронта.

- Как на той стороне настроение? – делая ударение на слове «той», интересуюсь я.

- Грустное, - отвечает Дмитрий. – Не даем повода веселиться.

И теперь уже мы все дружно смеемся.

- А что с Крымом будет? – выбрав момент, всерьез спрашиваю я. – Удастся его без войны вернуть?

- Пожалуй, нет, - так же серьезно отвечают хлопцы.

 

 

Пункт пропуска «Чонгар»

Вероятно, мы как-то не так были одеты: как только вышли из машины перед пограничным блокпостом, к нам сразу направился пограничник с автоматом на боку. В то время как на остальных – а народу тут было немало, страж границы, казалось, вообще не реагирует.

Скорее всего, причиной повышенного внимания к нам стал фотоаппарат, висевший на груди у фотокорреспондента Сергея Томко.

Пока пограничник – в чине сержанта, звонил своему «первому», докладывая ему о прибывших на пункт пропуска [так официально называется пограничный блокпост] журналистах, я осмотрелся.

Слева от нас на обочине стояли автобусы. Направление их будущего следования указывалось  на лобовом стекле: «Нижние Серогозы», «Чонгар-Мелитополь-Запорожье», «Чонгар-Бердянск».

Далее тянулся ряд легковушек.

Справа, призывно распахнув двери, ждал пассажиров из Крыма микроавтобус. Тех, кто пересекает пункт пропуска в пешем, как говорят бюрократы, порядке.

И сразу за ним – еще один ряд легковушек.

Сколько стоит до Запорожья доехать? От двухсот гривен – на автобусе, от четырехсот – на авто с четырьмя пассажирами.

Внутри пункта пропуска, оказывается, есть особая – двухсотметровая, запретная зона, где запрещено все, включая… употребление алкоголя. Вот тут я и чуть было не споткнулся на ровном месте. А вдруг, подумал, мне пива захочется.

Но не захотелось.

Покинув запретку, мы – в сопровождении пограничника, естественно, оказались в легком сооружении, очень напоминающем летнее кафе. Тут, кстати, можно подкрепиться – булочками и пирожками. И кофе заказать. За эспрессо с нас взяли по 12 гривен.

Однако недешево.

- А что с собой брать можно на ту сторону? – интересуемся у пограничника.

Тот показывает на информационный стенд: читайте.

Я пробегаю глазами постановление Кабмина, в котором речь идет вот о чем:

«Запретить на период временной оккупации поставки товаров… за исключением:

личных вещей граждан… перемещаемых в ручной клади и/или сопровождаемом багаже;

социально значимых продуктов питания, перемещаемых гражданами, суммарная стоимость которых не превышает 10000 гривен и суммарный вес которых не превышает 50 килограммов на одного человека, по перечню согласно приложению».

В перечне – 21 наименование. По сути, все съедобное, включая хлеб, муку, колбасу, мясо и масло.

Что конкретно несут с собой люди из Украины? Не могу в точность объяснить: мы не присутствовали при осмотре вещей.

Но, что характерно, почти все следовавшие «в пешем порядке» с украинской стороны, почему-то, увидев фотоаппарат, опускали головы и ускоряли шаг.

Только две женщины – крымские татарки, кстати, согласились пообщаться  с нами. Та, которая была младше, держала в руках темно-синие паспорта – наши, украинские. Ее спутница несла из Украины… несколько веточек вербы.

По их объяснению, пешеходов на той стороне забирает автобус, который следует к рашистскому пункту пропуска. Стоимость проезда – 20 рублей.

Как автотранспорт пересекает пункт пропуска, нам тоже посмотреть не разрешили: режимный объект, мол.

Ну, режимный, так режимный, подумал я. Сам же почти пограничник: в детстве мечтал на границе служить.

А чтобы выяснить, что скрывается под словами "режимный объект, я решил воспользоваться услугами... Всевидящего ока – видеокамеры, установленной на пункте пропуска – как раз над той ее зоной, через которую проезжают машины, следующие из Украины.

Кто установил видеокамеру? Госпогранслужба Украины. С официальной веб-страницы службы и подключиться можно к камере [зайдя в раздел «Кордон онлайн»], что я и сделал, вернувшись в Запорожье [надеюсь, враги мою подсказку не прочитают].

Всевидящая камера фиксировала происходившее на пункте пропуска до мелочей.

Слегка пританцовывающего пограничника, в частности, я увидел – настроение, видимо, у человека хорошее было.  Осмотр дорожных вещей выезжающих из Украины так же мне был предъявлен. Много сумок из багажника доставали при этом  почти все. Значит, есть, что везти от хунты.

А вот под видеокамеру заехала машина с запорожским номером.

Ну, счастливой дороги, земляки, пожелал я, чтобы не заматериться.

...А вообще на Чонгар - после долгого отсутствия, снова вернулась весна. Наша, украинская.

И это, пожалуй, самое главное событие в крайнем – по пути в Крым, населенном пункте материковой Украины.

Фото автора,

Сергея ТОМКО

и с видеокамеры, установленной на пункте пропуска "Чонгар"

Чонгар: пустой рынок

Чонгар: база батальона "Крым"

Чонгар: база Правого сектора

Дорога между Чонгаром и Сальково: никого

Бди: впереди - оккупанты [осень 2015 года]

Трансформаторной будки с предупрждающей надписью больше нет

Тут был кабель

Весна на Чонгаре

***

Что зафиксировало Всевидящее око:




Обновлен 14 апр 2017. Создан 13 апр 2017