Сайт журналиста Владимира Шака

Один в поле фермер




Согласно данным Верховной Рады Украины, в Великобелозерском районе имеется село Зеленая Балка, в котором проживает… один человек. Это владелец фермерского хозяйства «Саид» Николай Скрипник. К нему в гости и решили заглянуть миговцы, оказавшиеся по редакционным делам в командировке в Великобелозерском районе.

Профессия у Николая Николаевича – очень нужная в селе. Он – инженер-механик. Однако по специальности работал недолго: три года. А потом ушел, как говорится, на вольные хлеба: стал фермером, основав хозяйство с необычным для наших мест названием. “Оно ничего не обозначает, – смеется Николай Николаевич. – Я просто решил использовать для названия звучное, запоминающееся слово”. И в Зеленой Балке, где и решил обосноваться 16 лет назад инженер-механик, появилось фермерское хозяйство «Саид».

– Тут просторно, – объясняет свой поступок нынешний хозяин села. – И свободнее, чем где бы то ни было. Хотя когда я впервые приехал в Зеленую Балку, в ней, кроме меня, обитали еще три семьи. Пенсионеры. Двоих затем дети забрали, а третья купила дом в другом селе и живут теперь там с сыном. Ну а я остался.

– Земли у вас много?

– Около девяноста гектаров. Зерно выращиваю, подсолнечник. А возле дома огород имею.

– И вы все сами обрабатываете?

– Кооперируемся. У одного фермера одна техника имеется, а у меня, скажем, другая. Вот мы и помогаем друг другу. Недавно я, например, договорился с фермером, у которого трактор на ходу [мой ремонта требовал]: пусть, мол, он на меня поработает. А я ему за это задолженность по солярке спишу. Так по взаимозачетам и трудимся. Наличных денег-то у фермеров нынче негусто.

– Со сдачей зерна проблемы бывают?

– Если государство не вмешивается, никаких проблем.

В этот момент звонит лежавшая на столе мобилка фермера. Он берет ее и выходит из небольшого дома, в котором принимал нас. Я подумал, в разговор телефонный посвящать посторонних фермер не желает. А оказалось, мобилка в доме только звонок принимает, отвечать на него нужно на улице. Прогресс, выходит, хоть и добрался до Зеленой Балки, но только до порога дома ее теперешнего единственного жителя.

– В минувшем году, – продолжает, возвратившись, Николай Николаевич, – я зерно по нормальной цене сдавать начал. А под конец почти за бесценок оно пошло. Вот вам в чистом виде политика поддержки фермеров.

– С кредитами, небось, та же ситуация? – припомнив, на что обычно жалуются фермеры, интересуюсь я, будучи, по большому счету, весьма далеким от сельских будней человеком.

– Никогда их не брал! Сам выкручиваюсь.

– Что летом, Николай Николаевич, в селе масса дел, и не совсем сведущему очевидно. А зимой чем вы занимаетесь, оставшись наединес селом?

– О, зимой! Зимой работы не меньше, чем летом. У меня ж с десяток коров наберется. Плюс молодняк. Ухаживать за ними надо. Ну, а если погода позволяет, технику ремонтирую, дрова заготавливаю. Печь топить надо? Надо! Чтобы обед приготовить.

– У вас же, как вижу, электроплитка имеется...

– В село такое хитрое электричество подведено, что, если включаю плитку, свет в доме гаснет, не выдерживает сеть. Поэтому зимой, взявшись чай кипятить, другую работу по дому приходится оставлять. По причине ненадежности электролинии я и токарный станок запустить не могу.

– А трансформатор у себя установить планируете?

– По нему расходов уйма потребуется. Я их не потяну. Все самому придется выполнить, чтобы потом передать трансформатор на обслуживание кому полагается. Кстати, один год я вообще без света обходился. Ну, выжил.

Испив свежезаваренного хозяйского чая, мы собрались расставаться. Но тут я решил самый главный на сегодняшний день вопрос задать - о земле.

– Если разрешат ее продавать, – спрашиваю, обращаясь к Николаю Николаевичу, – это благо будет?

– Это будет большое зло, – рассудительно произносит собеседник. – Я категорически против продажи земли. Вы видели в селе воинский мемориал? Там сотни и сотни красноармейцев лежат, погибших при освобождении района от немцев. По воспоминаниям старожилов, эта земля настолько телами наших солдат устлана была, что ступить было некуда. А теперь что же, эту землю купят те, кого они с нее изгоняли? Не должно такого случиться!

– А фермер разве не купит?

– Не купит. У него нет денег. А знаете, кто в первую очередь в селе избавится от земли? Те, кого мы называем неблагополучными. Ну, продадут они свои участки. А дальше что? Ведь в селе, если нет земли, нет и работы. Это конец, это крах села.

Эх, подумал я, прощаясь с хозяином Зеленой Балки, лучше бы я не заводил разговор о возможной продаже земли. Не портил бы ни себе настроение, ни Николаю Николаевичу…

2011



Создан 21 окт 2016