Сайт журналиста Владимира Шака

Любимый город может спать спокойно?

Насколько готов к защите запорожцев добровольческий батальон, сформированный в августе 2014 года в городе за днепровскими порогами



В начале – только факты:

* формирование 37-го батальона территориальной обороны Запорожской области началось из добровольцев 29 августа 2014 года;

* по состоянию на 21 сентября численность батальона составляла 115 военнослужащих, 90 из них являлись участниками «Самообороны Запорожской области». В этот же день военнослужащие батальона приняли присягу на бывшей авиабазе училища подготовки летчиков ДОСААФ в селе Широкое;

* обеспечение потребностей батальона проходило при содействии со стороны облгосадминистрации и горсовета. Кроме того, поступала помощь из внебюджетных источников [включая волонтеров];

* 24 октября, после завершения боевой подготовки, батальон был направлен в зону боевых действий на Востоке Украины;

* 25 октября преобразован в 37-й отдельный мотопехотный батальон [37-й ОМПБ] ВСУ Украины;

* 10 и 14 ноября понес первые боевые потери: во время минометного обстрела позиций батальона – в районе Донецкого аэропорта, погибли два бойца;

* 2 декабря переброшен в район Авдеевки, где нес службу на семи опорных пунктах, прикрывая подходы к поселку Пески и автотрассе Донецк – Горловка;

* 5 апреля 2015 года в районе Широкино на противотанковую мину наехал внедорожник батальона; в результате взрыва погибли двое военнослужащих, еще один получил ранение и контузию;

* 30 мая военнослужащие батальона выступили против решения Минобороны Украины о переводе в Токмак; протест поддержала власть Запорожья и запорожцы;

* личный состав батальона вооружен стрелковым оружием – автоматами АК-74 и АКС-74У, также есть РПГ-7;

* в батальоне имеется различная автомобильная техника;

* после того, как в батальон – с очередной [июльской] волной мобилизации, пришло пополнение, его общая численность превысила 600 военнослужащих.

И в завершение: сейчас 37-й ОМПБ входит в состав 56-й отдельной мотопехотной бригады ВСУ. Часть бойцов пребывает на полигонных учениях за пределами Запорожья, часть – включая пополнение – под Запорожьем [в Широком]. В конце июля из батальона ушла на «дембель» первая группа военнослужащих – из тех, кто год назад записались в тербат добровольцами. А батальонное пополнение участвовало в своих первых боевых стрельбах.

 

Первый обстрел

Между прочим, специальных инструкторов, кто готовил бы из новичков настоящих воинов, в батальоне нет. Так, по крайней мере, мне объяснили. В качестве инструкторов выступают старослужащие, имеющие боевой опыт, которые осознают: когда – в случае необходимости, батальон снова окажется на фронте, никто – особенно с российско-фашитской стороны, не будет спрашивать, насколько его бойцы готовы к выполнению боевых задач. “А вообще, – говорили мне знающие, прошедшие фронт, люди, – уже первый обстрел ответит на все вопросы. После него и станет понятно, кто есть кто”.

“Вы сами, – полюбопытствовал я в свою очередь, – где под первый обстрел попали?”

Оказывается, под первый обстрел батальон угодил под Авдеевкой. И выстоял. И потом еще десять месяцев находился на фронте. Потеряв за это время, напомню, только четверых своих бойцов. Что говорит не просто о хорошей готовности к несению службы воинов тербата [только батальонные разведчики совершили более ста рейдов по территории противника], но и о высоком уровне подготовки

его командиров.

 

Кто может гарантировать безопасность?

За год в батальоне изменилось, естественно, многое. К лучшему ли приводили эти изменения? Увы, не всегда. И не во всем. Бойцы, кстати, мне не жаловались, когда я попросил их рассказать о своих проблемах. Они просто попытались растолковать, чтобы мы здесь, в тылу, уяснили: наш тыл в любой момент может оказаться... линией фронта, если хотите. Ведь те 200 километров, отделяющие мирный город за днепровскими порогами от войны, – это не расстояние, которое может гарантировать хотя бы относительное спокойствие запорожцам.

А вот воин-защитник такое спокойствие может гарантировать. Защитник, чувствующий заботу о себе. Но о какой заботе можно вести речь, если на батальонных учениях мы видели ребят [из последней волны мобилизации], одетых по гражданке, как говорят в таких случаях: обмундирования для боевого батальона банально не хватает!

Где же все эти рассказы о заграничной – чуть ли не НАТОвской форме, о наших мастерах, наладивших выпуск своей формы, которая не уступает НАТОвской?

Да что, елки-палки, форма! Мотопехотному батальону не на чем выехать на ближайший к Запорожью полигон Близнецы. Вроде бы, недалеко: 80 километров туда и обратно. Но не на чем!

Конечно, подготовка бойцов из нового пополнения проходит в Широком постоянно – на собственной батальонной базе. Но нужен, как говорят профессионалы, оперативный простор. “Одно наше отделение, – невесело шутят те же профессионалы, – если даст залп, урожай в округе убирать не придется: сгорит все”.

К сожалению, даже кроватей не хватает бойцам нынче. С водой перебои случаются. С газом... Не хотелось бы напоминать старую истину: кто, мол, не кормит, образно говоря, свою армию, будет кормить армию противника. Но это так, черт возьми! Примитивно, но так.

Когда батальон только-только обустраивался на новом месте – рядом с центром летной подготовки, а по сути – рядом с кладбищем самолетов, помогали ему многие: и волонтеры, и власть. Даже губернатор наведывался в гости.

А чего стоит чье-то решение перебросить наш, запорожский, батальон в Токмак – на аэродром, с которого вывезли [фактически, украли у нас с вами] еще лет десять назад все, что только можно было вывезти. Выполняя это идиотское решение, батальон снялся было со своей базы и отправился в сторону Токмака – пешком. Слава Богу, сами запорожцы остановили своих защитников. А потом и городская власть вмешалась: вернули тербат в Широкое. Повлияло ли это на престиж современной воинской службы? Конечно. Со знаком минус.

И вот еще о чем я не имею права не сказать. Если год назад батальон на сто процентов состоял из людей, готовых, не задумываясь, жизнь отдать за Украину – они ведь добровольно записались в защитники, то нынче некоторые, глядя на происходящее вокруг, задают себе вопрос: а что мы тут вообще делаем?

Пока они этот вопрос задают только себе.

Фото Сергея ТОМКО

 



Создан 07 авг 2015