Сайт журналиста Владимира Шака

Хождение на мыс Дзендзик: на Азовском побережье есть место, где… целуются волны




В курортном городе Приморске [а бываю в нем я достаточно регулярно] мне не раз доводилось слышать о мысе с необычным названием, являющимся юго-западной оконечностью Обиточной косы - одной из самых длинных кос [если не считать Арабатку] Азовского моря.

Знающие люди утверждают, что от берега она умчалась в море аж на 40 километров. Хотя официально протяженность косы принято определять в 32 километра. Еще в Приморске говорили: если попасть на мыс Дзендзик в ясный, но слегка ветреный день и если повезет, можно увидеть, как на самой его кромке встречаются, подгоняемые к косе ветром, волны из двух, омывающих Обиточную, заливов – Бердянского и Обиточного. По утверждению приморцев,  подобного места, где целуются волны, на земле больше не имеется.

Стоит там побывать?

Думаю, очень стоит. Ну, так и давайте отправимся в странствие по косе - до самого дальнего ее мыса. А по пути я поделюсь кое-какими любопытными фактами, собранными на косе и о косе.

 

Адмиралом названная

Оказывается, Обиточная не всегда называлась Обиточной. Ногайцы, например, называли ее Джурулгаш, что в переводе звучит как «обрыв, подмытый водой». На картах же начала прошлого века эта предлинная азовская коса обозначат как Виссарионова. Имя святого старца Виссариона будущей Обиточной дал активный участник русско- турецкой войны вице-адмирал Петр Бредаль. Известен мне даже день, когда это произошло:  6 июня 1737 год Согласно историческим данным, чуть ранее, 27 мая, адмирал во главе русской эскадры поднялся на десять верст по реке Кальмиус. А после наведения (с помощью 22-х лодок] моста через реку и переправы по нему русских войск на правый берег, ушел на Геническ. А по пути к городу наткнулся на необжитую безымянную косу. И тогда, заглянув в святки, адмирал изрек:

- Называться отныне ей Виссарионовой!

Ну а какой день помечен в святках как Виссарионов, установить несложно. Это 6 июня. Следующая по пути к Геническу коса Федотова, тоже, кстати, адмиралом Бредалем названа - все по тем же святкам. И повоевала русская эскадра возле Федотовой косы тогда изрядно. А вот вблизи Обиточной серьезные боевые действия развернулись лишь однажды -15 сентября 1920 года. Тогда в Обиточном заливе сошлись две флотилии – врангелевская и Азовская, которой командовал красный [цитирую дословно] «начальник действующего отряда Азовского моря» Сергей Хвицкий. Со стороны барона Врангеля, развивавшего в те сентябрьские дни наступление на Бердянск, в бою в Обиточном заливе участвовали эсминец, четыре канонерские лодки, тральщик и сторожевой корабль, а со стороны красных - четыре канонерские лодки и три сторожевых корабля. После шестичасового взаимного обстрела эскадры разошлись. При этом врангелевцы потеряли канонерскую лодку «Салгир» [потоплена орудийным огнем канонерки «Красная звезда»] и подорвавшийся на мине эсминец. «Салгир», вроде бы, до сих пор на дне залива находится.

Итоги сентябрьского боя в Обиточном: наступление Врангеля на Бердянск резко замедлилось, а начальник «действующего отряда» Сергей Хвицкий был представлен [и получил в ноябре 1920 года] к ордену боевого Красного Знамени.

В войну Отечественную, узнал я также в Приморске, некоторые бухты Обиточного залива, в частности, Курскую, где базировались советские бронекатера, фашисты бомбили... глубинными бомбами. Из-за этого якобы и по сегодня в тех бухтах такие болотинки ужасные встречаются, куда не то, что заходить - приближаться опасно: одно неосторожное движение - и на поверхности от человека только воспоминание останется.

- От кого из врагов избавиться понадобится, - в шутку предлагали мне приморцы, - привози. Устроим избавление без шума и пыли.

- Да нет у меня врагов! – тоже отшучивался я, но в душе очень зауважал Обиточный залив, в котором находятся болотинки почти бездонные.

 

Здравствуй, родина!

Однако увлекся я: мы ж на косу втягиваемся медленно - во все глаза теперь смотреть нужно и запоминать увиденное. На Обиточную ведь просто так не попадешь она - государственный ландшафтный заказник. Въезд-вход позволен только в первую двухкилометровую зону. А перед нами как-никак уже зона следующая, «тихая». Сопровождать по ней нас будет государственный инспектор Приморского рыбоохранного участка Александр Капканец. Уроженец, между прочим, Обиточной косы.

Итак, слева за спиной мы оставили Соленый лиман, в котором, по словам нашего спутника, рыба никогда не водилась. По причине сильной солености воды.  А справа удаляется вместе с удаляющимся берегом  урочище Новый Быт – бывший рыбацкий поселок. По его названию нынче начальную часть косы называют. Теперь с обеих сторон дороги, до мыса Дзендзика до самого, потянется Азовское море – двумя своими заливами. Ближний к нам – Бердянский [он по левую руку] и дальний – Обиточный.  Вон он там, за камышами. Приморцы коренные, правда, заливы эти редко собственными именами величают. Чаще просто замечают: рыбачил, дескать, нынче на Верховой. И тому, кому это говорят, понятно: речь вдет о Бердянском заливе, со стороны которого коса Обиточная и в самом деле напоминает «обрыв, подмытый водой» - как ее ногайцы воспринимали. Если же приморец-абориген о Низовой разговор заведет, знайте: он Обиточный залив имеет в виду.

Ну, а как самое узкое место косы называется, через которое приморские рыбаки с давних давен с Верховой на Низовую [или наоборот, в зависимости от того, в каком заливе шторм разыгрывается] лодки перетягивают? Да так и называется: Перетяга.

Сама Перетяга у меня никаких эмоций не вызвала, а вот на подходе к ней я понял: если всем нам, а не только индусам, Всевышний отмеряет по несколько жизней, одну я бы желал провести вот здесь, на Обиточной косе. Может быть, в маслину тихую вселившись душой, может быть, в камыш, вздрагивающий от ветерка, который то по косе разбегается, то к причудливым нагромождениям облаков на горизонте взмывает. Чтобы и их, облака неспешные, а не только мою грудь, напитать ароматом  морской азовской воды и летней степи. Уверен: аромат этот я из десятков других выделю безошибочно. Сердце подскажет. Потому что запах моря и степи – это запах моей родины. А родину, как и мать, не спутаешь ни с чем и ни с кем.

К слову заметить, Обиточная коса вполне могла бы попасть в «7 природных чудес Украины». Почему не попала, оставшись лишь в сотне украинских чудес? Наверное, плохо, точнее - не так, не теми словами представляли на участие в акции косу, завершающуюся мысом Дзендзик. Вот, в частности, как: «Экосистемное значение Обиточной косы характеризуется уникальной ценностью природных комплексов, а также мозаикой сообществ сухой степи, солончаковых группирований, водно-болотной растительности и искусственных лесных насаждений». Все правильно, но… пресно! Не привлекательно.

 

Бакланье господство закончилось

А дорога зыбкая, песчаная тем временем снова на берег Бердянского залива выводит и взору открываются последствия обрушившегося минувшей осенью на косу шторма. Охапки сухого камыша замечаю тут и там. Значит, соображаю, со стороны заболоченного Обиточного залива волна шла. И пластиковые бутылки в глаза бросаются, обильно разбросанные по берегу осенним штормом. Их не просто много, а очень много. Цивилизация ж под боком. Мы, то есть, с вами. Мне хочется выругаться от увиденного, но я сдерживаю себя. Понимаю: в святом месте грех ругаться. И тут же обращаю внимание на серую ворону, выскочившую на дорогу. Ворона оглядывается в нашу сторону, чуть медлит, словно о чем-то соображая, потом начинает убегать. Именно убегать, а не улетать. Заметно прихрамывая на левую лапу.

- Мамка, - произносит наш опытный провожатый-рыбинспектор. – От детворы своей нас уводит. От гнезда. Для этого и прикидывается хромой.

- Умная, бестия! - выдыхаю я вполголоса.

А справа от дорога, будто услышав мой возглас, медленно взлетает цапля. За ней, чуть погодя, вторая. Птицы неспешно летят над косой и, сделав широкий круг, возвращаются к месту взлета. Дом там у них, наверное.

Ну, а вот и бакланы, десант которых несколько лет назад с немалым трудом удалось сбросить с Обиточной косы в море. Разорять гнезда бакланьи даже пришлось. И выстрелами из ружей отпугивать бычкоедов [баклан - великий любитель бычков), обосновавшихся на маслинах, насаждения которых находятся во второй, дальней, части Обиточной косы.

Сейчас на маслинах бакланов немного. А в Обиточном заливе они песчаные острова оккупировали. И плотно-плотно, чуть ли не прижавшись друг к дружке, сидят на них. Но на косу с островов больше не суются.

Прекрасные ныряльщики, на суше бакланы, однако, не выглядят изящными птицами. Создается впечатление, что они от нырка к нырку за бычками время коротают, не снимая черных аквалангистских костюмов. От этого и кажутся неуклюжими рядом с одетыми в белоснежные матроски чайками.

Прижились на Обиточной и самые большие птицы в мире - страусы. Отыскать их - ферму страусиную - оказалось  делом несложным: направление на нее голубыми ленточками помечено. И на территории фермы, на дереве, я такую же ленточку разглядел. «Во как, - подумал, - у нас даже страусы политически окрашенные!» 

 

Здесь целуются волны

Уф, кажется, мы приближаемся к месту назначения: от фермы страусиной до Обиточного маяка, где мы должны задержаться не надолго, рукой подать. А от маяка до оконечности косы и того меньше - не больше пяди.

Но я поспешил с определением расстояния: совсем недавно, весной, маяк от остальной косы отделяла трехсотметровая промоина, превратившая мыс Дзендзик в остров. В обитаемый остров, хозяйничала на котором смотрительница маяка Ольга Полищук. Почти полгода она одна на острове жила - пока промоину море не затянуло. А до большой земли на лодочке переправлялась.  Наведайся и мы сюда весной - тоже бы вплавь на маяк добирались. Вот тебе и рукой подать!

Ольгу Викторовну мы дома не застали - в город за продуктами, уехала. На хозяйстве оставалась ее дочь Светлана.  От нее я и узнал, что во время осеннего шторма три маячных собаки утонули - столько тут было воды. А коты, тоже живущие на маяке, спаслись – на чердаке упрятались.

- Нравится здесь? - спрашиваю у Светланы.

- Очень! И природа, и воздух, и море. А мама вообще жизнь свою без Обиточной косы, без маяка не представляет. Она же здесь тридцать лет.

И вот, наконец, последняя точка нашего маршрута: недлинная, узкая, полупритопленная полоска земли, самый дальний - от берега приморского, участок Обиточной косы.  Хвостик, если можно так выразиться, мыса Дзендзик, воспоминания о хождении к которому теперь всегда будут сопровождать меня по жизни.

С обоих заливов - и с Бердянского, и с Обиточного - волны, обгоняя ветерок свежий, устремляются на мыс и, встречаясь на его оконечности полупритопленной, целуются, рассыпаясь тут же от переизбытка чувств на сверкающие в лучах нежного солнышка сотни и сотни водяных искр…

Завораживающее зрелище!



Создан 10 мая 2015