Сайт журналиста Владимира Шака

Очищение Освенцимом: впечатления о самом, как принято считать, страшном лагере смерти, устроенном немцами возле польского города




- А теперь пойдемте в газовую камеру, - предложила приятной внешности полька по имени Барбара - наша гид по Освенциму.

Я, вздрогнув в душе, мельком взглянул на спутницу - не шутит ли пани? Нет, на лице Барбары не угадывалось и тени веселости. Просто она выполняла свою работу и, как и десять минут назад, предупреждала, какой объект лагеря смерти нам предстоит увидеть.

К этому моменту мы уже побывали возле огромной музейной витрины, за стеклом которой находится около двух тонн человеческих волос. И я уже знал, что лагерному начальству Германия платила по 50 пфеннигов за каждый отправленный из Освенцима килограмм волос. Увидели мы и «продукцию» из них – грубую ткань, использовавшуюся немцами для каких-то бытовых нужд. Для чего именно — я не стал уточнять. Мне было не по себе.

Постояли мы также возле урны, наполненной пеплом сгоревших в крематориях Освенцима людей. Пепел собрали советские солдаты - после освобождения лагеря в январе 45-го.

И вот она - газовая камера. В полумрак ее зашел я с опаской и сразу же стал искать в потолке колодцы, через которые сюда подавался газ «Циклон». Увидел их... и невольно попятился к выходу. Даже не к выходу, а ко входу в соседнее помещение. Мать честная, лучше бы я, зажмурив глаза, вообще сбежал отсюда: в соседнем помещении меня поджидал... крематорий с тремя давно погасшими, но не ставшими от этого менее зловещими печами. В одной из них, в глубине, белел скромный букетик полевых цветов. Он и привел меня в чувство. И уже на улице я осознал: перемены, произошедшие во мне несколько мгновений назад, никогда отныне не позволят мне равнодушно лицезреть фашистскую свастику - где бы она ни была изображена, и безучастно слышать пронзительный вскрик-приветствие «хайль» - в чей бы адрес он ни звучал. Такова сила Освенцима. Его очищающая душу миссия.

А Барбара, тем временем, продолжала свой рассказ. От нее я узнал, что впервые «Циклон» немцы в Освенциме применили осенью 41-го - против советских военнопленных. Смерть их была мучительной и долгой - на 23 часа растянулось газовое удушение. К концу же войны вся процедура губления душ человеческих занимала не более двадцати минут.

Трудно поверить, но это так: будущие узники Освенцима билеты в лагерь покупали сами. Я видел эти кусочки светлого картона - обычные билеты на поезд. На проезд в один конец - в ад. Потому что, попадая в Освенцим, первое, что слышали приехавшие (в переводе на русский), звучало так: “Отсюда есть только один выход - через трубу крематория”. Для одних этот «выход» открывался через день-два, для других - самых стойких - через два-три месяца. Живыми из Освенцима вышло только 2819 человек - 27 января 1945 года, после освобождения лагеря.

Вы спросите, для чего билеты нужно было приобретать? А вот для чего: отправляемые в Аушвиц [так по-немецки назывался лагерь смерти] люди были уверены, что едут к лучшей жизни, на новые места, которые им предстояло якобы обжить. Так им фашисты объясняли. И брать с собой разрешали не более 25-ти килограммов пожитков. Самое ценное, включая золотые изделия и деньги, пряталось в обувь. О чем догадывалась лагерная обслуга из немцев. А я поначалу никак не мог понять: почему обувь обитателей Освенцима – горы и горы ее высятся в одном из музейных залов, изрядно повреждена. Всезнающая Барбара объяснила, почему.

- А где охрана жила? - спросил я у нее.

Оказывается, за пределами лагеря, в соседнем городке, в лучших домах, из которых хозяева были вы селены оккупационными властями. Надо же, какая у фашистов забота о своих была - берегли они нервы солдатские! Нормальному человеку ведь, как я догадывался, невозможно было постоянно пребывать в аду освенцимском... жить в нем! А приезжать сюда на службу - это другое дело.

К сожалению, мне не разрешили подняться на вышку, где и находился фашист-охранник. А очень хотелось представить себя на его месте. Чтобы пережить его ощущения, его взглядом окинуть отделенную от остального мира колючей проволокой территорию, вход на которую начинается от ворот с пугающей цинизмом надписью «Arbeit macht frei» - работа делает свободным.

Еще я очень желал понять: испытывали ли фашисты... угрызения совести, если хотите – за творимое тут, за колючкой. Бога, в конце концов, боялись ли они? Или хотя бы суда человеческого! Предполагаю, да, боялись. Ведя скрупулезно документацию по Освенциму, в специальной карточке, фиксировавшей пребывание в лагере каждого узника, они записывали причину его смерти - паралич сердца! Таких записей было сделано превеликое количество тысяч. Мало того, пепел отошедшего в мир иной бедолаги, прошедшего все круги освенцимского ада, родственники имели право... купить - чтобы предать потом земле.

А еще, оказывается, в Освенциме действовал суд. Не вру - действовал! И приговоры он выносил, которые исполнялись тут же - на неширокой площади между двумя казармами-бараками. Если не ошибаюсь, около пяти тысяч человек немцы расстреляли по решению концлагерного суда. Во как они закон блюли, блин!

- Барбара, - обратился я к нашей спутнице уже за воротами Освенцима, - а почему советские солдаты, авиация советская, не разбомбили лагерь, не стерли его с лица земли?

Барбару вопрос мой не поставил в тупик.

- Опасались, - ответила она, - что после первого же воздушного налета фашисты уничтожат всех, находившихся тут.

Вернувшись в город, я отправил домой, в Запорожье, письмецо. На белоснежном бумажном листе поставил дату и крупно вывел два слова, вынесенные в заголовок этого материала. А ниже добавил перечеркнутую свастику. Получив письмо, мои домашние безо всяких дополнительных объяснений поняли, что я хотел им сказать своим посланием.

 

В этих банках хранился газ "Циклон" [на оторбажении на стекле можно разглядеть посетителей Освенцима - справа и нас с Барбарой]

 

Кабинет начальника лагеря - на секле не силуэт начальника запечатлелся, это отражение автора сфокусировалось

 

Фактически Освенцим состоял из двух легерей смерти - непосредственно Освенцима [Аувшица] и Бжезинки [Биркенау]. Причем во втором лагере погибло людей намного больше, чем в первом - он был намного больше Освенцима. Так Бжезинка выглядит сегодня

 

Фото Сергея ТОМКО

 

***В тему

 Концентрационный лагерь Освенцим - комплекс немецких концлагерей, располагавшийся в 1940—1945 годах около города Освенцим, который в 1939 года указом Гитлера был присоединен к территории Третьего рейха. В мировой практике принято использовать немецкое название «Аушвиц», а не польское «Освенцим», поскольку именно немецкое название использовалось нацистской администрацией. В советских и российских справочных изданиях и СМИ исторически преимущественно используется польское название.

На территории лагеря в 1947 году был создан музей, который включен в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.



Создан 12 апр 2015