Сайт журналиста Владимира Шака

«Просеребрив на небе след, ракета вышла на ракету…»




8 апреля 1958 года, в ответ на заявления администрации США о возможном нанесении ракетно-ядерного удара по территории СССР – в случае его агрессивных действий, ЦК КПСС и Совет Министров СССР приняли закрытое постановление №389-185 о начале работ над созданием системы противоракетной обороны страны. В секретных документах той поры она помечена [и вошла в историю] под индексом А-35.

Генеральным конструктором системы ПРО СССР был назначен уроженец Запорожской области Григорий Кисунько [родился на станции Бельманка Куйбышевского района], отмеченный к тому времени – за создание зенитно-ракетного комплекса С-25 «Беркут» -званием Героя Социалистического Труда.

 

“Вы научились попадать своей ракетой в муху в космосе”

Через три года после тайного цэковского и совминовского постановления, за месяц с небольшим до полета в космос Юрия Гагарина, система Григория Кисунько показала на очередных полигонных испытаниях все свои невероятные способности.

Невероятные – безо всякого преувеличения.

В тот день – 4 марта 1961 года, с полигона Капустин Яр [Астраханская область] в сторону полигона Сары-Шаган [Казахстан] была запущена баллистическая ракета Р-12 «Сандал» [разработчик – днепропетровское КБ «Южное» Михаила Янгеля], снабженная пятисоткилограммовым имитатором ядерного боезаряда. Радиолокационная станция «Дунай-2» системы А-35 обнаружила и взяла ракету на автосопровождение, когда та находилась на расстоянии в 975 километров.

Далее события развивались с молниеносной быстротой: думать ведь, как поступить, было некогда – к точке прицеливания ракета мчалась со скоростью два с половиной километра в секунду. Слава Богу, не подвела автоматика: по данным радиолокатора центральная вычислительная машина системы Григория Кисунько построила и непрерывно уточняла траекторию полета грозного «Сандала». И, рассчитав нужный момент, дала команду на пуск противоракеты В-1000 [разработчик – химкинское МКБ Петра Грушина]. На дальности в 26 километров от условной точки падения головной – боевой – части «Сандала» по команде с земли был произведен подрыв осколочно-фугасной боеголовки противоракеты, которая уже разогналась до скорости километр в секунду. В момент подрыва противоракета находилась от ракеты всего в 32-х метрах.

Это было [если учесть расстояния и скорости] почти точное попадание в цель: «Сандал» вместе со своим имитационным грузом развалился на куски. Ничего подобного в мировой практике еще не было: ракетой ракету еще никому не удавалось поразить. Равно как и пулей – пулю.

Двадцать дней понадобилось, чтобы найти разбросанные по степи остатки головной части сбитой системой А-35 Григория Кисунько янгелевской Р-12. Нашли три обломка: искореженный остаток носовой части конуса, кольцевой шпангоут [тоже искореженный] и стальную плиту – весовой имитатор штатной боевой части.

По воспоминаниям генерального конструктора системы, звонок по спецсвязи на полигон Сары-Шаган главы СССР Никиты Хрущева застал его за... сочинением и разучиванием песни о дне 4 марта. “Строфы, – отметит он, – складывались быстро, как бы сами собой:

Просеребрив на небе след,

Ракета вышла на ракету.

Мы этот миг

сквозь толщи лет

Передадим, как эстафету”.

Поздравив генерального с успешным испытанием противоракетной системы, Никита Сергеевич поинтересовался его ближайшими планами и в заключение сказал: “Это хорошо, что вы научились попадать своей ракетой в муху в космосе”. Повторенную газетой «Правда» фразу о ракете и мухе растиражируют потом все мировые информационные агентства, включая и американские.

Кстати заметить, в США, где тогда тоже мудрили над созданием системы ПРО, первый перехват баллистической ракеты неядерной противоракетой – как в случае с В-1000, осуществили… только 10 июня 1984 года. Не случайно поэтому двенадцатью годами ранее США официально согласились остановить гонку вооружений, заключив с СССР – 26 июня 1972 года – договор об ограничении систем ПРО. Американцы осознали: нет смысла наращивать количество ракет, если в Советском Союзе такие люди, как Григорий Кисунько, научились сбивать их... как мух.

 

“Благодарю выпавшую мне судьбу родиться в запорожско-хлеборобском краю”

Ну, а что малая родина человека, создавшего систему ПРО одной из сверхдержав мира [в 1966 году Григорию Кисунько за его А-35 будет присуждена Ленинская премия]? Помнил он о ней? Очень даже помнил! Вот что Григорий Васильевич записал в своей «Исповеди генерального конструктора», опубликованной в 1996 году: “Сейчас, когда я пишу эти строки, мне вспоминается теплый тихий летний день 1972 года. Широкая привольная запорожская степь. Здесь на берегу небольшой, но быстрой речушки – село Бельманка, и в нем – дедовская хата-мазанка под соломенной крышей, в которой родились и мой отец, и пятеро его братьев, две сестры. И я еду с мариупольскими родичами на небольшом автобусе из Мариуполя, чтобы поклониться этой хате, где я родился, где качала меня мама в люльке, подвешенной к «сволоку». Автобус, покачиваясь на неровностях проселочной дороги, приближается к памятным мне из далекого-близкого детства местам. Я прошу остановить автобус на пригорке, с которого уже видна луговая пойма, где сливаются Бельманка с Бердой и затем с веселым журчаньем устремляются на юг, к Бердянску. Едем дальше, пересекая луговину, и дорога выводит нас мимо хат, расположившихся вдоль речки, к центру села. Возле сельсовета – обелиск с именами погибших в войну сельчан, призванных из Бельманки. Две каменные плиты, на них – 174 имени. С волнением вчитываюсь, узнаю знакомые с детства фамилии.

Пять раз повторяется моя фамилия и еще фамилии родственников по маминой линии – Скрябы, Скрябины, Отирко. Кулага – девичья фамилия моей бабушки Павлины – повторяется пять раз.

Здесь, у обелиска, все более ощутимое волнение, нараставшее во мне по мере приближения автобуса к селу, теперь уже начало перехватывать дыхание, в горле застрял предательский комок. Между тем меня, незнакомого человека с депутатским значком, окружили и с любопытством изучают сельские мальчишки. А я тоже словно бы узнавал в них и себя самого, и тех давнишних мальчишек, товарищей моего детства, чьи имена запечатлены на обелиске. И особенно остро ощутил себя частицей дорогой моему сердцу бельманской глубинки. Пусть она кому-то покажется заурядным захолустьем, но я благодарю выпавшую мне судьбу родиться именно в этом запорожско-хлеборобском краю, овеянном легендарной славой наших прародичей”.

 

Личное дело

Григорий Васильевич КИСУНЬКО

Родился в селе Бельманка Куйбышевского района Запорожской области 28 июля 1918 года. Умер в Москве 11 октября 1998 года [похоронен на Троекуровском кладбище].

Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской премии, член-корреспондент Академии наук СССР [и Российской Академии наук], доктор технических наук, профессор, кандидат физико-математических наук. Награжден двумя орденами Ленина, орденами Отечественной войны 1-й степени, Трудового Красного Знамени, Красной Звезды и российским орденом «За заслуги перед Отечеством». Депутат Верховного Совета СССР 7-8 созывов [1966-1974 г.г.].

Участвовал в создании первых отечественных зенитно-ракетных комплексов [ЗРК] С-25 и С-75; организатор работ по созданию систем противоракетной и противокосмической обороны СССР, систем радиолокации космических аппаратов; ученый в области радиоэлектроники. Генерал-лейтенант-инженер.

 

Григорий Кисунько

 

Противоракета

 

***В тему

Стихи Григория Кисунько:

     Песня моей души

Балхаш сверкает бирюзою,

струится небо синевой,

а над площадкою Шестою

взметнулся факел огневой.

Не первый раз я вижу это,

но как волнуется душа,

когда летит антиракета

над диким брегом Балхаша!

А на холмах степного края,

как в сказке три богатыря,

площадки Первая, Вторая

и Третья с Главной говорят.

Знакомы мне «скорлупки» эти,

в которых вся моя душа:

ведь в их лучах летят ракеты

над диким брегом Балхаша.

Секунда каждая - как вечность.

На пультах лампочки горят,

А на экранах в бесконечность

Шагает импульсов отряд.

И будто вновь картину эту

я вижу, память вороша,

И вижу первую ракету

Над диким брегом Балхаша

Мне не забыть, как ранним мартом

В машине нашей цифровой

за три минуты перед стартом

произошел случайный сбой.

Но в тот же миг машину эту

мы вновь пустили, чуть дыша,

и все же сбили мы ракету

над диким брегом Балхаша.

Когда наступит час инфаркта

или другой случится сбой,

я вспомню день Четвертый марта

и красный вымпел над Шестой.

Тот час я встречу песней этой,

а если смолкну, не дыша, –

прогрохочу антиракетой

над диким брегом Балхаша.

Ну а потомкам, на рассвете,

Прибрежной галькою шурша,

О затерявшемся поэте

Расскажут волны Балхаша.                            

Уточнение. "Скорлупки" - это защитные купола антенн радиолокаторов точного наведения системы А-35 на 1, 2 и 3 площадках. Впоследствии, на "Алдане" (6 площадка), купола были на РКЦ и РКИ.

* * *

Мы слышим первыми всегда

Протяжки звук и грохот старта,

Но не забудем никогда

Четвертый день весны и марта.

Была суббота у людей,

А мы об этом и не знали:

Ведь мы ракету в этот день

С Шестой площадки запускали.

 

ПРОсеребрив на небе след,

Ракета вышла на ракету.

Мы этот миг сквозь толщу лет

Передадим, как эстафету.

Храним мы в памяти своей

Квадрат паденья на пригорке

И этот день - как юбилей

Ночей бессонных на "Шестерке".

Нам этот старт забыть нельзя,

И нервотрепки, и запарки...

Так пусть же тост звучит, друзья,

И пусть стартуют наши чарки.

Да будет в мире вечный март,

И пусть весну поют поэты.

А мы пойдем готовить старт

Очередной своей ракеты.

***

Уж ты, доля моя! Ты меня не чуралась:

одарила сызмальства куркульским клеймом.

Словно кошка с мышонком,

ты мной забавлялась

и вломилась бедою в отеческий дом.

Так спасибо тебе: ты меня опекала,

не сгубила на ратных кровавых полях,

и вослед за отцом на расстрел не погнала,

не погнала этапом в кромешный ГУЛАГ.

***

Ракетой в ракету попасть – не пустяк.

А мы вот попали: поди погляди!

Эй, кто там по умным бумажкам мастак!

А ну-ка попробуй и ты – попади!

***

     Балхашский вальс

На скалистых диких кручах,

где Балхаш шумит волной,

в буднях славных и кипучих

вырос город наш родной.

На земле казахской,

над волной балхашской,

где сверкает бирюзой волна,

вырос будто в сказке

город прибалхашский,

город дерзновенного труда.

Там зимой метут бураны,

сушит землю летний зной,

Но зато в степи тюльпаны

распускаются весной.

Там, где ширь степная,

где, валы вздымая,

по прибрежным скалам бьет прибой,

там живою сказкой

на скале балхашской

парк шумит зеленою листвой.

Я на шахтах был луганских,

строил домны, города,

но в степях Сары-Шаганских

сердцем буду я всегда.

Там, где мыс коктасский,

на волне балхашской

солнцем золотилась бирюза,

и под вальс балхашский

бирюзовой сказкой

мне светились милые глаза.

Скрыл Балхаш ледовой маской

голубеющий простор,

парк оделся прибалхашский

в свой серебряный убор.

Словно в зимней сказке,

вальс звучит балхашский

и снежинки кружатся на льду,

только нам с тобою

летний шум прибоя

слышится в заснеженном саду.

***

Если в драку с тобой

подлецы собрались, –

ты такою судьбой

непременно гордись.

Вывод ясен и прост:

ты для них как бельмо, –

значит, ты не прохвост,

значит, ты не дерьмо.

Если кто из твоих

даже давних друзей

стал своим среди них, –

ты о нем не жалей.

Вывод ясен и прост:

за твоею спиной

подвизался прохвост

под личиной двойной.

Ну а если в беде

выручали друзья, –

будь им верен везде,

в них опора твоя.

Вывод ясен и прост:

надо верить в людей,

даже если прохвост

покидает друзей.

Если в трудные дни

был ты крепче любим, –

ты в беде не стони:

ты любовью храним.

Значит, вывод таков, –

смысл понятен его:

если рядом любовь, –

не страшись ничего.

 




Обновлен 20 июн 2017. Создан 22 мар 2015